Любое «добро» этого мира зиждется на противоположной ему категории «зло». Одно не существует без другого, являясь его обязательным условием. Принимая любую из этих «сторон», хоть бы и «белую»,  мы принимаем лишь противоречивость дуальности – фрагментарное сознание, идущее к  лишенной смысла цели – победе одной категории над другой, т.е. к разрушению самой же себя.  Двухглавый орел, смотрящий в разные стороны, символизирует разнонаправленность неосознанной дуальности, но вряд ли он сможет долго прожить с отрубленной у самого же себя одной из голов.

Но от Тайги до Британских Морей Красная Армия Всех Сильней

Во всей этой ситуации – лишь сам «бой», «красный огонь» - взаимодействие противоположных дуальных категорий между собой - достоин почитания и жизнеспособен, так как он и есть само Сущее – то, что Есть.

Последний Смертный Бой –

Бой с фрагментарным сознанием для перехода на более высокий уровень осознанности, растворяющий важность любой категории дуальности в отрыве от её противоположности и их взаимодействия. Как только заканчивается этот бой, заканчивается и смерть в отрыве от жизни, и жизнь в отрыве от смерти, порвав тем самым цепь рождений и смертей, выйдя к Вечности и Целостности Единственного Момента.

Вся Власть Советам –

Осознанному взаимодействию-совету между противоположностями дуальной системы для выхода за её пределы, что равносильно входу в её Суть.

Тантра гневных божеств – одна из самых сильных формальных практик к освобождению от захваченности дуальностью. Среди всех гневных божеств наиболее подходящим в символическом смысле является Джамсаран – образ красного огненного Дракона в море человеческой и лошадиной крови, всадника – покровителя войнов и коней. Как и любая формальная практика, это лишь дверь, не передающая того, что скрывается за ней.  Нет никакого ограничения для использования этой тантры – слабое сознание само ограничит себя от неё.  

Черты его лица искажены гневом, три его глаза пылают ненавистью ко всем врагам Учения.

По обеим сторонам бога едут его спутники: божество в доспехах верхом на сером звере, грызущем грешника, и дакини верхом на медведе, стоящем на грешнике.

По краям – восемь краснотелых демонов смерти, терзающих грешников. На некоторых картинах эта свита вырастает многократно, превращая Джамсарана во владыку мира смерти. За его спиной в этом случае вырастает дворец, сделанный из человеческих костей.